Иоганн Вольфганг фон Гёте

Западно-восточный диван - страница № 4

СМИРЕНИЕ

"Ты весь истерзан и весел вновь,
Поешь, как пел искони??.

Поэт
И мне и песням враждебна любовь.
Мне в эти тяжелые дни
Так тяжки любовные речи.
Не так ли горящие свечи
И светят, и тают, - взгляни!

Искала любовная боль забытье,
Хотела забыться в пустыне.
Нашла опустевшее сердце мое
И в нем угнездилась отныне.

НЕИЗБЕЖНОЕ

Кто вольной пташке прикажет
Не петь, облетая поля?
И кто запретит трепыхаться
Овце под рукой стригаля?

Когда мне шерсть остригают,
Я разве бываю сердит?
Сержусь я лишь, если цирюльник
Испортит стрижкой мой вид.

И кто ж запретит мне песни
Лазурной петь вышине,
Лишь облакам доверяя,
Как больно ты сделала мне?

СОКРОВЕННОЕ

О глазах моей любимой
Мир толкует и судачит.
Я один, я точно знаю,
Знаю все, что взгляд их значит.

Это значит: вот мой милый,
А совсем не тот, который. . .
Люди добрые, оставьте
Ваши сплетни, ваши споры!
Да, в необоримой силе
Глаз ее - одно желанье:

Чтоб любимый догадался,
Где, когда у них свиданье.

САМОЕ СОКРОВЕННОЕ

"Мы, любители клубнички,
Ищем, кто твоя зазноба,
Сколько дядей приобрел ты,
А верней сказать, вы оба?

Ибо то, что ты влюбился,
Видно с первого же взгляда.
Ни что ты любим - вот это
Нам еще проверить надо".

Люди добрые, ну что вы!
Вход ей вальный, не взыщите!
Нет ее - вы чтите призрак,
Есть она - вы все дрожите.

Но Шехабэддин недаром
Снял бурнус на Арафате,
И не глуп, кто так поступит,
Если это будет кстати.

Коль по имени кого-то
Пред его любимой кликнешь,
Или перед царским троном,
То уж выше нет почета.

Был предсмертный крик Меджнуна
Криком боли нестерпимой:

"Вы мое забудьте имя
Пред Лейли, моей любимой".